June 9th, 2019

vvv

"Зато в жизни будет легко"

Мы такое слышим про нашего ребенка обычно. Ну в качестве утешения на наши стенания. Мы до сих пор проигрываем, мы до сих пор не смогли внушить нашему чаду, что мы взрослые люди, а она ребенок, что нас надо слушаться, что мы боссы. Она всегда оказывается сильней и мы каждый день сдаемся. Иногда мне кажется, что у меня совершенно нет характера, по-видимому, это невольно отражается в голосе, в манерах, в интонациях. С первого дня меня мой ребенок "строит". Гонору у нее и уверенности в себе на десятерых генералов армии. Прет как танк. Я конечно догадываюсь, в кого это такое получилось. Но с мужем все проще, его всегда можно привести в чувство, если озвереть и откусить у него кусок мяса. Но к ребенку нужен другой подход и я его до сих пор не нашла. Вчера наша Мусяся нам заявила (это после того, как она несколько часов прыгала на наших головах):

- Оставьте меня в покое! Вы мешаете мне жить! - сказала нам наш маленький дракон
- Ну иди, дорогая наша, отдохни от нас в свою комнату! - ответили с надеждой мы
- Нет! Я не пойду!
- Почему?
- Вам будет скучно!

Это теперь все?! Это теперь такое до 18ти лет будет?
vvv

Поэма

"Рассказать же сюжет затрудняюсь, ибо, по правде, ничего в нем не понимаю. Это какая-то аллегория, в лирико-драматической форме и напоминающая вторую часть «Фауста». Сцена открывается хором женщин, потом хором мужчин, потом каких-то сил, и в конце всего хором душ, еще не живших, но которым очень бы хотелось пожить. Все эти хоры поют о чем-то очень неопределенном, большею частию о чьем-то проклятии, но с оттенком высшего юмора. Но сцена вдруг переменяется, и наступает какой-то «Праздник жизни», на котором поют даже насекомые, является черепаха с какими-то латинскими сакраментальными словами, и даже, если припомню, пропел о чем-то один минерал, то есть предмет уже вовсе неодушевленный. Вообще же все поют беспрерывно, а если разговаривают, то как-то неопределенно бранятся, но опять-таки с оттенком высшего значения. Наконец, сцена опять переменяется, и является дикое место, а между утесами бродит один цивилизованный молодой человек, который срывает и сосет какие-то травы, и на вопрос феи: зачем он сосет эти травы? — ответствует, что он, чувствуя в себе избыток жизни, ищет забвения и находит его в соке этих трав; но что главное желание его — поскорее потерять ум (желание, может быть, и излишнее). Затем вдруг въезжает неописанной красоты юноша на черном коне, и за ним следует ужасное множество всех народов. Юноша изображает собою смерть, а все народы ее жаждут. И, наконец, уже в самой последней сцене вдруг появляется Вавилонская башня, и какие-то атлеты ее наконец достраивают с песней новой надежды, и когда уже достраивают до самого верху, то обладатель, положим хоть Олимпа, убегает в комическом виде, и догадавшееся человечество, завладев его местом, тотчас же начинает новую жизнь с новым проникновением вещей. Ну, вот эту-то поэму и нашли тогда опасною." (С)

Интересно, кто-нибудь узнает автора? :)