eskalera (eskalera) wrote,
eskalera
eskalera

Category:

Окситоцин - гормон социальной адекватности (4)

Анна Каренина и Алексей Вронский - что это было, любовь или болезненный всплеск у двух патологически несчастных? Тут самые яркие отрывки, наиболее глубоко дающий понять, что же происходило в треугольнике Каренин-Анна-Вронский:

"Вы можете затоптать меня в грязь, сделать посмешищем света, я не покину ее и никогда слова упрека не скажу вам, — продолжал он. — Моя обязанность ясно начертана для меня: я должен быть с ней и буду. Если она пожелает вас видеть, я дам вам знать, но теперь, я полагаю, вам лучше удалиться."

Это говорит муж Анны Вронскому после того, как Анна чуть не умерла у них обоих на глазах, родив на свет дочь от Вронского. Каренин, не смотря на всю несправедливость по отношению к себе, совершенно искренне плюет на все - на свою гордость, на свое лицо в "свете", на обиды, на правила и приличия чести. Увидев свою жену абсолютно беспомощной, на краю смерти, обезображенную болезнью и в бреду, увидев этого маленького новорожденного, хоть и не его, беззащитного ребенка, увидев, наконец, как Вронский испуганным подростком плачет и закрывает лицо руками, Каренин как никогда до этого почувствовал свою сильную привязанность к жене. Так работает окситоцин у людей со здоровой способностью организма регулярно производить этот гормон. Из этих троих муж Анны - единственный здоровый человек в плане выработки окситоцина. Замечу еще раз, в романе Каренин описан как сухой, очень сдержанный человек, но со склонностью к иронии и юмору. Далее важная цитата из мыслей Вронского:

"Муж, обманутый муж, представлявшийся до сих пор жалким существом, случайной и несколько комическою помехой его счастью, вдруг (…) вознесен на внушающую подобострастие высоту, и этот муж явился на этой высоте не злым, не фальшивым, не смешным, но добрым, простым и величественным. Этого не мог не чувствовать Вронский. Роли вдруг изменились. Вронский чувствовал его высоту и свое унижение, его правоту и свою неправду."

После этого Вронский уехал к себе и не мог найти себе места, потому что чувствовал себя паршивым котом, нагадившим на чужой ковер. Это было таким невыносимым унижением чести для него, что Вронский выстрелил себе в сердце. Интересно, да? В тот же день, когда Каренин решил наплевать на собственную честь, Вронский во спасение собственной чести решил застрелиться. Это в день, когда у него родился ребенок, он стал папой. Почему же для Вронского так важна была его честь? Очень просто - потому что ничего другого ценного у него внутри не было. Никакой любви. Жажда любви была - да, как жажда кости у голодной собаки. Что настоящая любовь существует и он на нее не способен, Вронский понял после общения с мужем Анны. Ясно понял это и в доказательство своей (несуществующей) к Анне любви, решил покончить с собой, чтобы убедить и себя, и всех вокруг, что он таки Анну любит. Кто после такого поступка посмеет усомниться в большом чувстве?

Никто и не сомневался уже после этого, что да - это настоящая любовь. И даже муж Анны, человек казалось бы умный и проницательный, после трагедии, случившейся с Вронским, поверил ему и не препятствовал уже никак ни встречам Анны с Вронским, ни даже тому, что эти двое уже в открытую начали жить вместе. Но сына Сережу таки Анне не отдал, поскольку где-то в глубине подозревал, что не все между этими двумя нормально, ожидал подвоха и оказался прав. Умный Каренин видел, что не могут они быть здоровой семьей. И дело тут даже не в акцептировании света и окружающих. Сами отношения между Вронским и Анной были патологичны. Не с моральной точки зрения, а с позиции того, как вообще должна выглядеть привязанность двух любящих людей, готовых на все - даже на смерть, ради того, чтобы быть вместе. Какое поведение было бы характерным для таких? Вероятно было бы логичней, если бы эти двое скромно уединились, не "отсвечивали" бы в обществе и терпеливо по крупицам собирали бы вокруг себя круг знакомых и друзей, занимались бы воспитанием общей дочери, рожали бы еще детей, пользовались бы рассудительностью и неконфликтностью мужа Анны, чтобы наладить с ним добрые отношения, чтобы он наконец начал доверять им Сережу и дал бы Анне развод (развод бы Каренин безусловно бы дал, потому что сам имел успех у женщин и наверняка скоро бы сам захотел жениться). Но Анне с Вронским этого всего было не нужно! Тихо, мирно и скромно им не хотелось! Они были согласны на все, даже на пошлый цирк с конями, лишь бы только на виду у всех, лишь бы только зрителей побольше.

"Ах, кружите меня, кружите! Не останавливайтесь!" - примерно так можно охарактеризовать поведение патологичного человека под окситоциновым "всплеском". Анна и Вронский бесконечно начинают лезть всем на глаза. Общество в шоке от того, как они поступили с Карениным, а они "вооружившись" самыми дорогими экипажами и самыми модными нарядами лезут в самый центр, чтобы всех ослепить. Самое главное, что оба не понимают, каким пошлым водевилем выглядит их страдальческая "любовь". Из Москвы их общество выперло, Перербург с ними вообще не стал церемониться и чуть ли не с у-лю-лю-каньем выгнало их прямо из оперы. Когда Толстой описывал ту роскошь, которой Анна с Вронским окружили себя в Воздвиженском (родовом имении Вронского), у меня даже было чувство, что автор устал. Мне как читателю было это точно утомительно читать. Все самое лучшее, все самое дорогое, по самой последней моде из Европы окружало несчастных возлюбленных. Это сколько времени они потратили, чтобы это все в каталогах выбрать, заказать, получить, установить?! Сладкая парочка работала без устали и перерывов. "Романтика" нон стоп. Момент, когда Долли Облонская, жена брата Анны, посещает Анну с Вронским в имении и обнаруживает, что одета беднее тамошней прислуги, описан Толстым уже даже с элементами комедии. Долли, как мы помним, была сама родом из состоятельной семьи.

Но это еще не все! Вронский, у которого с рождения было столько денег, как у дурака фантиков, не останавливается на этих достижениях и решает построить роскошную больницу для бедных и лезет участвовать в местном губернском самоуправлении. Местные предводители дворянства такого "щеголя на пять минут" естественно не принимают, и строительство больницы ему естественно вскоре наскучило. Если нет поля для выпендрежа, то какой вообще смысл?!

Анна по уровню дурости тоже от Вронского не отстает и вместо того, чтобы рожать еще детей или заняться каким-нибудь полезным делом в той же больнице, качественно и методично выносит Вронскому мозг - то претензиями, что он ее недостаточно любит, то ревностью, то новыми идеями, как заказать самое роскошное платье, нахрапом "пролезть" в свет и утереть всем недругам нос. Детей еще от Вронского она категорически отказалась иметь, не смотря на его просьбы, мотивируя это тем, что так она потеряет свою красоту и привлекательность. А потом Анне и вовсе пришло в голову гениальное - она перестала "давать" Вронскому, не пускала его к себе в спальню. Он ломился, а она не пускала.

Допишу потом...
Subscribe

  • Лето это маленькая жизнь

  • Alexander McQueen 1996

    Наблюдать за выражением лиц зрителей это отдельное удовольствие :)

  • ...

    нет в жизни ничего более потешного, чем наблюдать за тем, как человек начинает обвинять, когда получает именно то, что, загибая пальцы, заказывал у…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments