eskalera (eskalera) wrote,
eskalera
eskalera

Categories:

«Отвратительная проницательность» - 5

Есть вещи, о которых я писать не хочу, но как-то себя заставляю, потому что понимаю некую необходимость, есть вещи, о которых я пишу естественно и с удовольствием, а есть вещи, о которых мне очень хочется написать, но я себя сдерживаю, сама не могу объяснить почему, просто чувствую, что пока не надо и все. Сегодня я буду писать как раз о нечто подобном, а точнее - о любви зрелого человека. О любви человека, который прошел путь, познал жизнь, с которого уже давно слетел последний налет наивности и неприлично оголил его проницательность, о любви человека, который уже давно не верит в легенду о рае, который верит, что ТАМ - ПОТОМ только либо мука, либо пустота, где просто будет покой и ожидание - и все, больше ничего. Все, что есть у каждого - это здесь и сейчас его короткая земная жизнь в комичном облике биологического существа наделенного разумом, способностью любить и понимать красоту. Я буду писать о любви Федора Павловича Карамазова (отца) к Грушеньке.

Старший Карамазов уже давно сомневается в существовании бога, но при этом очень ярко и с подробностями представляет, как выглядит ад. Его рассуждения о преисподней на грани здравого смысла, потому что все детали взяты из его головы, о подобном не сказано ни в одной легенде и не написано ни одной картины, это целиком и полностью видение Федора Павловича:

"Я всё помышлял о том: кто это за меня когда-нибудь помолится? Есть ли в свете такой человек? Милый ты мальчик, я ведь на этот счет ужасно как глуп, ты, может быть, не веришь? Ужасно. Видишь ли: я об этом, как ни глуп, а всё думаю, всё думаю, изредка, разумеется, не всё же ведь. Ведь невозможно же, думаю, чтобы черти меня крючьями позабыли стащить к себе, когда я помру. Ну вот и думаю: крючья? А откуда они у них? Из чего? Железные? Где же их куют? Фабрика, что ли, у них какая там есть? Ведь там в монастыре иноки, наверно, полагают, что в аде, например, есть потолок. А я вот готов поверить в ад только чтобы без потолка; выходит оно как будто деликатнее, просвещеннее, по-лютерански то есть. А в сущности ведь не всё ли равно: с потолком или без потолка? Ведь вот вопрос-то проклятый в чем заключается! Ну, а коли нет потолка, стало быть, нет и крючьев. А коли нет крючьев, стало быть, и всё побоку, значит, опять невероятно: кто же меня тогда крючьями-то потащит, потому что если уж меня не потащат, то что ж тогда будет, где же правда на свете?"

Это весьма интересный вопрос, почему отец Карамазов, будучи очень богатым человеком и еще далеко не лишенный жизненных сил, а вполне способный создать брак и даже сам наплодить новых детей, вдруг обременяет себя идеей женитьбы на местной коварной вертихвостке, которая явно не гарантирует ему ни покоя, ни стабильности, ни тем более блаженства. Федор Павлович понимает, что Грушенька не любит его и возможно никогда не полюбит, а вероятней всего даже ни разу и не даст. Он так же понимает, что Грушенька будет изменять и что он ее даже упрекнуть за это не сможет. Но намерение жениться при этом у него явные настолько, что даже все его сыновья - его прямые наследники - всполошились, понимая, насколько это все серьезно у отца.

Так что же могло привлечь немолодого и посему уже небольшого охотника до романтической драмы состоятельного мужчину к безжалостной обольстительнице, в то время, как он мог бы легко выбрать себе хорошую покорную жену из приличного семейства? А именно это и привлекло - ее хитрость, ее способности к обольщению, к выживанию, ее возможности приспособиться к любой ситуации и извлечь максимум выгоды для себя даже из поражений. История с Митей, который был готов бросить в любой момент свою чудесную во всех отношениях невесту, только Грушенька его помани, поразила отца. Более всего поразила она тем, что при этом Грушенька так и не стала любовницей Мити. Можно сказать, вышла сухой из воды. Про таких говорят "черта вокруг пальца обведет". И если учесть, что черти в преисподней это единственный серьезный страх Федора Павловича, то совершенно неудивительно, что Грушенька в его глазах имела такую силу притяжения.

Причем, если обратить внимание на манеру поведения Грушеньки, то стабильной ее натуру назвать никак нельзя. Она и тролль, и провокатор, и сердцеед в юбке, и духовный гуру, которую монах Алеша Карамазов тут же нарекает святой.

Можно ли тот глубокий восторг, который испытывает отец Карамазов к вышеперечисленным талантам Грушеньки, назвать классическим чувством к женщине? Вряд ли. Старик умен и никакой любви он в ней не ищет. Ему в ней и не любовница нужна, и не жена и даже не подруга, ему в ней нужна обычная сообщница.
Subscribe

  • as a true part of nature

    just be smart, stubborn and careful on your cell level

  • Ассоциации с личным опытом

    Тут в связи с вакханалией религиозных фанатиков, носящихся с добровольно принудительными прививками, как визгливые куры с яйцом, мне вспомнились два…

  • not necessary

    if you swallow your lover the whole up right in the end, when it is still dark and nobody has found yet, crying afterwards is not necessary

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments